Плохая девочка не молчит

В начале февраля информационный проект «Не молчи», посвященный борьбе с бытовым насилием в Узбекистане, опубликовал обращение к властям с призывом обратить внимание на клип певца Имрона Yomon Qiz («Плохая девочка») и проверить, не нарушает ли он узбекское законодательство.

Об этом сообщает Роспрес

В своём клипе Имрон играет мужчину, который пытается привлечь внимание красивой девушки. Сюжет любовных ухаживаний является привычным для эстрадного искусства, однако в этом видео поведение главного героя трудно назвать романтичным, оно выглядит отталкивающим и пугающим.

Ролик начинается с того, что Имрон перегораживает дорогу девушке, отнимает у неё сумку и выбрасывает из неё все содержимое на землю. Затем он клеит красавице на лоб наклейку «Плохая девочка», после чего та убегает в слезах. Необъяснимая жестокость продолжается и дальше — Имрон и его друзья фактически преследуют главную героиню, толкают её на улице, мешают кататься на велосипеде, отнимают кетчуп в кафе. В одном эпизоде певец угрожающе надвигается на девушку и, пятясь от него, она падает в бассейн. Тем не менее после того, как он делает ей признание в любви, красавица, кажется, готова ответить взаимностью.

«Женщинам не нравится, когда их сумки отбирают и выбрасывают содержимое на пол! Женщинам не нравится, когда им клеят на лицо наклейки «Плохая девочка»! Женщинам не нравятся унижения! Это не любовь, это насаждение стереотипов!» — говорится в обращении «Не молчи».

Романтизация абьюза

Основательница проекта Ирина Матвиенко рассказала «Фергане», что ссылку на клип Имрона прислал один из читателей «Не молчи» в Instagram. «Мне стало жутко, что прямо показывают, что, оказывается, можно над женским полом так издеваться», — написал он. Молодой человек рассказал, что он живёт в Финляндии, однако его семья находится в Узбекистане, и ему не хочется, чтобы с его сестрой, племянницами и другими женщинами так обращались. Сам он увидел клип на YouTube-канале блогера Оскара Джалилова, который очень критически о нём отозвался.

Матвиенко напомнила, что в прошлом году в Узбекистане был принят закон «О гарантиях равных прав и возможностей для женщин и мужчин», в котором зафиксировано понятие косвенной дискриминации по признаку пола. Документ трактует её в том числе как «пропаганду гендерного неравенства через средства массовой информации, образование, культуру» и «установление условий и требований, которые могут повлечь негативные последствия для лиц определенного пола».

«Я полагаю, что модель поведения, транслируемая в данном ролике, может повлечь за собой негативные последствия для женщин. Мне кажется, что транслировать стереотипы о том, что унижение женщин является проявлением любви, — просто оскорбительно и недопустимо для современного общества», — сказала Матвиенко.

Её позицию разделяет Фаина Ягафарова, создательница феминистского Telegram-канала «Фаинкомат», которая поддержала обращение «Не молчи».

«Клип показывает откровенные преследования и абьюз (abuse (англ.), насилие. — Прим. «Ферганы»), романтизируя их. Так нормализуется насилие. Кроме того, здесь отслеживается гендерный стереотип, будто всем женщинам нравится, когда над ними доминируют. Главный герой показал токсичную маскулинность во всей красе. За подобные действия в реальной жизни люди вообще-то подают заявление в милицию, но тут все представлено, будто ничего противозаконного не происходит», — отметила она.

Не подумали

Клип Yomon Qiz был опубликован на YouTube в июне 2019 года. Песня оказалась очень популярной и стала прорывом для начинающего певца. На сегодняшний день клип собрал больше 10 млн просмотров и выиграл одну из наград ежегодной премии «Мавсум Хитлари» («Хиты сезона»), которая проводится при содействии государственного объединения «Узбекконцерт». По словам Музаффара Каримова, администратора Имрона, клип был снят без всякой поддержки, его бюджет составил полторы тысячи долларов.

«Мы очень торопились снять клип, так как песня уже была хитом, а клипа ещё не было. Нам нужно было показать лицо Имрона», — рассказал он. Поведение главного героя, по его мнению, является вполне безобидным: «Это же обычное детство. Когда в школе учились, разные приколы были».

В то же время Каримов рассказал, что, когда представители певца принесли клип на телеканалы, те попросили его перемонтировать и убрать сцены, «где мальчик унижает девочку». В телевизионной версии в начальном эпизоде Имрон уже не выворачивает сумку и не наклеивает оскорбительную бумажку на лоб героине, а просто перегораживает ей дорогу. Также были вырезаны эпизоды, когда девушку толкают и выхватывают у неё из рук кетчуп. Каримов признал, что оригинальная версия была несовершенной, и каналы поступили правильно. «Мы сильно торопились. Наверное, не подумали», — сказал он.

Телевизионная версия клипа

Некоторые пользователи обвинили Имрона в плагиате, указав на то, что его клип повторяет сюжет клипа Love Warning певца из Таиланда Third Kamikaze. Видео тайского исполнителя вышло в 2016 году. Сцены из него действительно практически покадрово повторены в Yomon Qiz, включая даже дизайн наклейки, которую прикрепляют на лоб девушке. Каримов подтвердил, что при съёмках Yomon Qiz за основу был взят клип Third Kamikaze, и объяснил это желанием угодить слушателям Имрона. «Его поклонники прислали ему это видео и сказали, что хотят такой же клип», — поделился представитель певца.

Последствия для Имрона

Теоретически закон «О гарантиях равных прав для мужчин и женщин» мог бы регулировать ситуации, подобные той, что сложилась вокруг клипа Имрона. Однако, по словам Матвиенко, этот нормативный акт не является действенным инструментом по обеспечению гендерного равенства в стране. «После принятия закона не было сделано никаких изменений в соответствующих кодексах. Например, неизвестно, какое наказание понесет тот, кто осуществляет косвенную гендерную дискриминацию. То есть закон есть, но никаких механизмов, чтобы он помог достичь равноправия, нет», — заметила активистка.

Имрон . Фото с сайта Muzfm.uz

При этом она предположила, что клип Yomon Qiz может нарушать статью 189-1 Кодекса об административной ответственности Узбекистана («Изготовление, распространение и демонстрация продукции, пропагандирующей культ насилия или жестокости»). Наказание по этой статье предполагает штраф до 150 базовых расчетных величин (33,5 млн сумов, или $3,5 тысячи) с конфискацией продукции, нарушающей закон.

После обращения «Не молчи» о ситуации высказался Комитет женщин Узбекистана. Организация признала, что клип демонстрирует насилие, и выразила удивление, что никто не остановил его производство и распространение, хотя в этих процессах заняты много людей. Заявление заканчивается призывом делать качественные фильмы и музыку. Активистки посчитали это заявление формальным и потребовали от организации более практичных действий.

Вообще Комитет женщин очень редко реагирует на случаи сексизма в публичной сфере. Более того, иногда он его просто воспроизводит. В августе 2019 года комитет опубликовал список из 23 категорий жительниц Ташкента, «склонных к преступности». В него в том числе вошли несовершеннолетние девушки, женщины, временно проживающие в Ташкенте, и женщины с инвалидностью. Список вызвал много критики, а в соцсетях был запущен флэшмоб, в котором пользовательницы указывали, под какие категории из списка они подходят. Руководительница комитета Эльвира Баситханова недавно заявила, что «неприличные действия девушек» в узбекских клипах способствуют возникновению проституции в стране. До этого, в 2015 году, она раскритиковала певицу Лолу (Юлдашеву) за «вызывающую одежду», после чего «Узбекконцерт» отозвал у последней лицензию, позволяющую выступать на сцене.

Национальные традиции насилия

«Узбекконцерт» — это орган, который непосредственно регулирует деятельность артистов в Узбекистане. Организация известна своим строгим контролем над исполнителями и часто лишает их лицензий по самым разнообразным поводам. Обычно каждое такое решение мотивируется тем, что деятельность артиста не соответствует национальным традициям и менталитету. Именно под этим предлогом в 2018 году певице Шахло Ахмедовой запретили выступать, после того как она выпустила клип, в котором были показаны романтические объятия парня и девушки. Несоответствие узбекскому менталитету было названо и причиной отзыва лицензии у Лолы. «Каждый исполнитель должен быть ответственен. Потому что вся их личная жизнь под прицелом, на них смотрят люди, по ним равняется молодежь. И если артистка появляется полуголая на сцене или выкладывает свои снимки в соцсетях, то как оградить от этого наших детей? Это у нас не принято, у нас совсем другой менталитет», – комментировал тогда решение «Узбекконцерта» один из его руководителей.

Тотальная борьба ведомства за сохранность узбекского менталитета позволяет предположить, что если «Узбекконцерт» не высказывает возражений против творчества артиста, значит, оно национальным традициям не противоречит. Против Yomon Qiz регулятор не проронил ни слова. Наоборот, ролик даже был отмечен профессиональной премией.

Когда «Узбекконцерт» наказывает певиц за откровенные наряды, а потом поощряет клипы, унижающие женщин, трудно не заметить здесь двойные стандарты. Эта политика противоречит принятым в прошлом году законам «О защите женщин от насилия» и «О гарантиях равных прав для женщин и мужчин». В этих актах прописана задача госорганов создавать в обществе нетерпимость к притеснению и насилию над женщинами, формировать культуру равенства и защищать граждан от прямой или косвенной дискриминации по признаку пола. Пока эти законы выглядят неработающими.

«Фергана» направила официальные письма с вопросами по поводу ситуации с Yomon Qiz в «Узбекконцерт», Комитет женщин Узбекистана и Комитет по вопросам женщин и гендерного равенства Сената Узбекистана. На момент публикации редакция не получила ответов от госорганов.

Реакция органов власти, а точнее почти полное её отсутствие, отчасти объясняется сложившимися в Узбекистане культурными нормами. Сексизм в кино, на телевидении, в рекламе или выступлениях политиков встречается часто и не вызывает заметного отторжения у людей. Узбекские фильмы некритично показывают сцены насилия над женщинами. Косметическая клиника может без всяких репутационных последствий опубликовать на своей странице в соцсетях постер с Натали Портман в обнимку со свиньей и подписью «приди сама, приведи подругу». Кофейня сравнивает девушек с разными видами напитков и получает несколько сотен лайков. Поддерживать вредные стереотипы могут и такие большие компании, как Pepsi: в новогодних роликах производителя напитков мужчины ожидают праздника, сидя на диване, в то время как женщины занимаются приготовлением еды. Даже общественные кампании с очевидно благими целями могут содержать мизогинный посыл. В ролике Минюста о проблеме разводов именно женщины показаны разрушительницами браков.

Ордер без сталкинга

Клип Имрона демонстрирует не просто пример унизительного обращения с женщинами, но иллюстрирует специфическую форму насилия, известную на Западе под названием «сталкинг» (от англ. stalk, подкрадываться. — Прим. «Ферганы»). Под этим термином подразумевается поведение, при котором человек намеренно и неоднократно пытается вступить в контакт с другим человеком и вынудить его к каким-либо действиям. Сталкинг считается видом домогательства и запугивания.

Даже в телевизионной версии клипа Yomon Qiz, откуда вырезали часть насильственных эпизодов, поведение главного героя все равно остается деструктивным — он преследует девушку, вторгается в её личное пространство и игнорирует её чувства, хотя совершенно очевидно, что она испытывает дискомфорт и страх.

Жертвами сталкинга становятся представители обоих полов, однако, по статистике центров США по борьбе с болезнями и их профилактике (CDC), женщины в три раза чаще, чем мужчины, подвергаются преследованиям. Согласно другому американскому исследованию, сталкеры обычно знакомы со своими жертвами, только 23% женщин сталкиваются с этой формой насилия со стороны незнакомцев. При этом 76% женщин, которые были убиты, подвергались преследованию в течение года, предшествовавшего убийству.

Психологи указывают на то, что в основе сталкинга обычно лежат несколько видов мотиваций: бредовая иллюзия о романтической судьбе, желание восстановить прекратившиеся отношения, садистское желание мучить жертву или психотическое чрезмерное отождествление с жертвой и желание заменить её. Сталкеры могут иметь психологические расстройства, например, нарциссическое расстройство личности или бредовые расстройства вроде эротомании — веры в то, что другой человек, часто известный, влюблен в него. Жертвы сталкинга обычно переживают страх и тревогу, панические атаки, могут испытывать бессонницу и страдать от депрессии. Также они терпят материальный ущерб, так как вынуждены покупать средства самообороны, менять место работы или место жительства.

В ряде западных стран сталкинг считается преступлением и подробно описывается в Уголовном кодексе. Это помогает вовремя защитить жертв преследований, применив наказание к обидчику. Однако, когда в законе нет описания сталкинга, правоохранителям трудно привлечь нарушителя к ответственности. Одной из распространенных форм воздействия на сталкеров является охранный ордер, который запрещает им приближаться к потерпевшим. Такой инструмент с прошлого года появился и в узбекском законодательстве, в том самом законе « О защите женщин от притеснения и насилия», однако будет ли он применяться к сталкерам — большой вопрос. Определения сталкинга в этом законе нет.

Егор Петров


Источник: “https://fergana.agency/articles/114945/”

ТОП новости

Вход

Меню пользователя